АСТАНА — Исследователи отметили в ходе обсуждения CAPS Unlock, что закреплённые законом равные права женщин Центральной Азии не всегда означают равные возможности в повседневной жизни. Исследователи и эксперты по гендерным вопросам рассмотрели, насколько укоренённые представления о браке, материнстве и профессиональном руководстве продолжают определять выбор женщин, несмотря на стремление государств повысить их участие в экономике.
По мнению экспертов, наиболее сложная задача — обеспечить женщинам свободу и институциональную поддержку, необходимые для использования уже имеющихся возможностей. Обсуждение состоялось в рамках Центральноазиатского форума аналитических центров, организованного Paperlab совместно с CAPS Unlock.
Автор фото: CAPS Unlock. Независимый исследователь Динара Нурушева заявила, что политики поддержки родителей на рабочих местах оказываются недостаточно эффективными, когда работодатели и руководители по-прежнему придерживаются традиционных представлений об обязанностях по уходу за детьми. По её мнению, барьеры, с которыми женщины сталкиваются на работе, имеют и личный характер.
После замужества потенциальные работодатели неоднократно спрашивали её, когда она планирует завести детей, хотя она стала матерью только спустя восемь лет. Позже этот опыт лег в основу исследования «материнского штрафа» — экономических и профессиональных трудностей, с которыми сталкиваются женщины после рождения детей.
Нурушева также поставила под сомнение представление о том, что решение женщины вернуться на работу, сменить профессию или согласиться на менее оплачиваемую должность после отпуска по уходу за ребёнком является исключительно добровольным. «Интересно, что мы часто воспринимаем это как индивидуальную проблему, которую должна решить сама женщина.
Женщине необходимо решить, кто будет присматривать за ребёнком, как поступить с карьерой и чем зарабатывать на жизнь. Но в действительности это структурная проблема», — сказала Нурушева. Модератор Бота Аязбаева, Динара Нурушева и Эльмира Абылбек. Автор фото: CAPS Unlock. «Мы часто говорим о выборе: решение женщины вернуться на работу после отпуска по уходу за ребёнком, сменить профессию или получить работу, оплата которой значительно ниже прежней», — добавила она.
«Нам необходимо создать условия, позволяющие женщинам делать действительно осознанный выбор». Бремя неоплачиваемой домашней работы дополнительно ограничивает их возможности. По данным исследования Нурушевой, 95% опрошенных женщин ежедневно тратят не менее часа на неоплачиваемую работу по дому, а некоторые — более шести часов.
Ограниченный доступ к государственным услугам по уходу за детьми младше трёх лет ещё сильнее сокращает возможности женщин вернуться к работе. Нурушева призвала расширить систему ухода за детьми раннего возраста и ввести специальный отпуск для отцов, отметив, что мужчины, стремящиеся взять на себя больше обязанностей по уходу за детьми, также сталкиваются с сопротивлением, укоренённым в традиционных гендерных ролях.
Например, в Казахстане лишь 1% мужчин берут родительский отпуск. В Узбекистане аналогичные противоречия возникли вокруг попыток побудить отцов к более активному участию в уходе за детьми. Камола Алиева, доцент кафедры конституционного права Ташкентского государственного университета права, рассказала о разрабатываемом законопроекте, предусматривающем в Узбекистане пятидневный оплачиваемый отпуск для отцов.
Однако она поставила под вопрос, способна ли эта мера в одиночку изменить общественные ожидания, согласно которым забота о новорождённых считается преимущественно обязанностью матери.